88. Доклад 1

На могилу архимандрита батюшки о. Венедикта Здесь старца дивного могила: Он здесь сном праведным почил, Он кончил все с греховным миром, Он перешел в небесный мир. Он, умирая, был покоен, Он тихо в вечность улетел, Он, без сомнения, достоин, Он исполнитель добрых дел. Его кончина без страданий, Он мирно смерти ожидал: Он приобщился Святых Тайн, И дух свой Господу предал. Каким же событиям в Оптиной пустыни батюшка мог быть свидетелем с 1897 по 1904 год? Он застал старчествование отца Иосифа, умершего в 1911 году. А вот что сохранилось в «Летописи Скита» об отце Варсонофии: «1902 г. Декабря 13. В монастырском Казанском соборе совершено отцом Игуменом пострижение в мантию нескольких монастырских братий и из скитян облачен в мантию отец Павел (Плиханков) и наименован Варсонофием. 1902 г. Декабря 29. Сего числа рукоположен в сан иеродиакона отбывший для сего 26 декабря в Калугу скитский монах отец Варсо-нофий. 1903 г. Января 1. Новолетие. Сего числа в Калуге скитский иеродиакон отец Варсоно-фий рукоположен в сан иеромонаха». При этом интересно отметить, что аноло-гичные события в жизни отца Варсонофия и отца Амвросия, совершались с таким же временным интервалом, только на несколько лет позднее: в 1911 году батюшка принимает постриг, в этом же году, 1 мая (в день преподобного Пафнутия Боровского) рукополагается во иеродиакона, затем год спустя, 1 мая 1912 года, — во иеромонаха. Год пострига батюшки совпадает с годом смерти старца отца Иосифа. Постриг происходит на два года раньше положенного срока как награда за примерное жительство и за отличное выполнение порученного послушания — регентства. Что же касается отца Нектария, то в 1898 году он рукополагается во иеромонаха, то есть через год после поступления батюшки в монастырь. Келейником отца Нектария был тогда отец Варсонофий. Итак, простившись со своей духовной колыбелью, поступает послушник Василий в монастырь преподобного Пафнутия Боровского той же Калужской епархии. Безусловно, существовала духовная преемственность в жизни этих обителей, которая не прерывалась благодаря отцу настоятелю и тому, что вслед за ним туда устремились и некоторые бывшие насельники Оптиной пустыни. И в Пафнутьеве также были светильники веры, о которых вспоминал впоследствии отец Амвросий, под чьим руководством проходило его духовное возрастание и укрепление: «В Боровском монастыре отец архимандрит Венедикт принял меня как отец родной. Сразу же дал мне келию и все что полагается и сказал, чтобы я обращался к нему в случае нужды. Когда я встал на клирос, певчих было мало, но скоро прибавилось, так как за мной пришли еще четверо из Оптиной, и стало 10 человек певчих. Пение стало хорошее. На второй год моей жизни в Боровском монастыре я стал ходить в школу при монастыре давать уроки пения, и в то же время выбрал 10 мальчиков и стал с ними заниматься особо, готовя к церковной службе. С помощью Божией за молитвы преподобного Пафнутия у нас пение стало еще лучше.