119. Доклад 1

Победив пороки, человек движется к добродетелям, к выполнению «Божественных слов» (1, с. 33). «Как не разогретый или не размягченный воск долго не может принять налагаемую на него печать, так и человек, если не будет испытан трудами и немощами, не может вместить печать добродетели Божией» (1, с. 497). Блаженный Диадох в самом начале «Слова аскетического» дает определения целому ряду добродетелей в такой последовательности: Вера – это «бесстрастная мысль о Боге». Надежда – «исшествие ума в любви к уповаемому». Терпение – это непрестанная твердость с мысленным зрением «Невидимого как бы видимого» (Ср.: Евр. 11:27). Несребролюбие – желание так не иметь, «как кто-либо желает». Познание – незнание «самого себя в исступлении к Богу» (Ср.: 2 Кор. 5:13). Смиренномудрие – это старательное забывание подвигов. Негневливость – «сильное желание не гневаться». Чистота – чувство всегдашнего прилепления к Богу. Любовь – «умножение дружбы к оскорбляющим». Совершенное изменение – «в наслаждении Богом ужас смерти считать радостью» (1, с. 19—21). Определив ряд добродетелей, блаженный Диадох в дальнейшем рассуждает преимущественно о любви и смирении. Выше всех добродетелей любовь. «Во всяком духовном созерцании, братие, – учит Фотикийский святитель, – да руководствуют вера, надежда, любовь; более же любовь: ибо первые наущают презирать видимые блага, любовь же самую душу соединяет с совершенствами Божиими, умственным чувством исследуя Невидимого» (1, с. 22, 23). Сопоставляя любовь с верой, блаженный Диадох утверждает еще более решительно: только верующий «и не пребывающий в любви даже и самой веры, которую, кажется ему, имеет, не имеет; ибо он верует с некоторой легкостью ума, как невоздействуемый тяжестью мысли о любви» (1, с. 49). Величие добродетелей в вере, но «любовью воздействуемой» (1, с. 49) (См.: Гал. 5:6). Вера не «воздействуемая» – без любви «будет отвергнута» (1, с. 48). Степеней любви, по блаженному Диадоху, три. Первая степень представляется как семя – «сердечное чувство» (1, с. 41). Вторая степень, средняя, – любовь, движимая страхом Божиим. Она свойственна очищающимся. «Когда ум перейдет в состояние безмолвия и великой беззаботливости, тогда страх Божий теснит его, сильным чувством очищая его от всей земной дебелости, чтобы таким образом довести его до многой любви благости Божией. Итак, страх со средней мерой любви свойственен еще очищающимся» (1, с. 41, 42). Третья степень любви – совершенная любовь – достояние очищенных, «у которых нет более страха, ибо совершенная любовь изгоняет страх (1 Ин. 4:18)» (1, с. 42). Впрочем, любовь, достигшая даже третьей ступени в развитии, именуется совершенной только относительно, «потому что никто, находясь в сей плоти, не может стяжать совершенства ее, кроме только тех святых, которые дошли до мученичества и совершенного исповедничества» (1, с. 476). Чтобы возлюбить Бога, надо стать «вне всех житейских забот» (1, с. 41). Не освободившийся «от мирских забот ни Бога искренно не будет любить, ни диавола достойно гнушаться; ибо имеет уже тяжелым покрывалом житейскую заботу» (1, с. 46). Должно также и любовь к себе принести в жертву любви к Богу. «Любящий себя самого не может любить Бога, не любящий же себя самого по причине чрезвычайного обилия любви к Богу – этот любит Бога. Поэтому именно таковой никогда и не ищет славы своей, но славы Божией. Ибо любящий себя самого ищет своей славы; любящий же Бога любит славу Создавшего его» (1, с. 34, 35). Если совесть обличает кого-либо – он не может достойно любить Бога. «Никто не может или любить или веровать искренно, если будет иметь себя обвинителем самого себя» (1, с. 53, 54).