27. страница

К Калуге были приписаны те же, что и теперь, уезды, за исключением Боровска, Малоярославца, Тарусы и Оболенска, отнесенных к Москве. Дворов во вновь основанной провинции считалось около 19 тыс., а душ мужского пола в 1720 г. было 158.843. Таким образом, Калуга сделалась административным центром второстепенного значения. В ней населения было уже достаточно. Одних посадских насчитывалось 5924 человек. В 30-х гг. XVIII в. она имела более 60 улиц и переулков, 2431 двор и 13 1/2 тыс. жителей. Насколько быстро возрастала Калуга, видно из того, что она за полстолетия увеличилась в 2 1/2 раза. И это несмотря на то, что в 1719 и 1720 гг. правительство перевело около 20 семейств посадских с количеством до 80 душ мужского пола в Гжатскую пристань. Не останавливают прогрессирующего роста Калуги и общественные бедствия, которые по-прежнему выпадали на ее долю довольно часто. В 1723 и 1733 гг. Калугу постигал голод, который был особенно жесток в первый год. Жители ели дубовую кору, питались гнилушками и лебедой и пр., почему смертность была повышенной. Впрочем, многие купцы в это тяжелое время отличались высокой христианской благотворительностью. Некоторые из них кормили по 2 1/2 — 3 тыс. человек. Страдала Калуга и от другого обычного спутника деревянной Руси — пожаров. Она сильно горела в 1742, 1754, 1758, 1760 и 1761 гг. Убытки от пожаров были огромны, доходя иногда до миллиона руб. Во время пожаров горели и церкви, а потому впредь старались их строить каменными, так что с 1685 г. по 1754 г. 27 церквей успели уже сделаться каменными. Особенно несчастен был 1761 г., когда в довершение бедствия от пожара погорели баржи с товарами калужских купцов в С. — Петербурге, от чего купцы понесли убытку на 160 тыс. рублей. Впрочем, по повелению Императрицы эти убытки были выплачены потерпевшим в течение пяти лет из таможенных доходов. Во время пожаров бывали и массовые человеческие жертвы: в 1754 г. погибло 177 человек.