37. страница

Пикеты сторожили его по селам и деревням. А в ту ночь, когда французов, по расчислениям, ожидали в Калугу, преосвященный выехал со свитой в с. Ромоданово и ночевал в доме владельца имения (Олонкина). Архиерей вернулся утром в город, когда сделалось известным, что французы прошли в Москву. Калуга «лежала на пороге отчаяния» 40 дней, со 2 сентября до 12 октября. Когда наша армия сосредоточилась под Тарутином, закрывши собою Калугу, калужане все же думали, что Наполеон может дойти до Калуги. Они отправили к Кутузову Муромцева просить у фельдмаршала наставления, что им делать и какие они могут оказать услуги и пожертвования. Кутузов ласково принял Муромцева и велел показать ему расположение армии, а 22 сентября отправил его с письмом к Калужскому Городскому Голове И. В. Торубаеву, в котором он пишет, что «надежда на верное поражение врага нашего нас не оставляла. Недостаток в продовольствии и совершенная гибель предстоят врагу неизбежно… Город Калуга есть и будет в совершенной безопасности», самая кампания, по мнению Кутузова, должна была прекратиться в непродолжительном времени. Калужские граждане были успокоены и отправили гласных Елисеева и Лебедева благодарить Кутузова, препроводив с ними и корпию[28] для раненых. 30 сентября гласные вернулись с новым письмом Кутузова, где он, благодаря за корпию, пишет: «в настоящее время мы видим в изобилии к нам милость Божию: злодеи наши со всех сторон окружены, свободный выезд из стана партиями, от нас везде посланными, совершенно воспрещен, люди и лошади изнуряются голодом, и каждый день во всех местах убитыми и пленными теряют они до 500 человек, что подтвердить могут и граждане ваши, гг. Елисеев и Лебедев». Как известно, в 20-х числах в Калугу прибыл бывший главнокомандующий Барклай де-Толли, как это явствует из известного его письма от 24 сентября Имп. Александру. Калуга приняла его недружелюбно. Поддавшиеся общему против Барклая раздражению, калужане выбили стекла в его карете и кричали на всю улицу «изменник»! Только с помощью полиции мог выехать бывший министр. Тревожные предчувствия и беспокойство калужан за судьбу города были небезосновательны. Известно, что Наполеон 7 октября начал выступление из Москвы на Калугу. В день Малоярославецкого сражения 12 октября и следующие два дня 13 и 14 числа калужане снова провели на правом берегу Оки, куда они переправлялись по двум мостам. Проводя ночи настороже у разложенных костров, жители со страхом ожидали, что будет с Калугою. Тревога возросла, когда сделалось известным об отступлении Кутузова до Детчина. 15 и 16 октября Кутузов с главной квартирой ночевал в Полотняном заводе, совсем недалеко от Калуги. В это время Наполеон уже отступил на Смоленскую дорогу, и опасность для Калуги уже миновала, но калужане об этом еще не знали и снова отправили к князю нарочных узнать об ожидающей город участи. Кутузов дал такой ответ: «именем моим поручаю вам успокоить купеческое и мещанское сословия, которые, как я слышал, пустыми слухами приведены в волнение и опасность. Уверьте их, что я могу дать врагу сражение и никак не ретируюсь, и что цель моя не в том состоит, чтобы выгнать неприятеля из пределов наших, но чтобы… изрыть им в недрах России могилы…