36. страница

Как известно, после Бородинского сражения у некоторых русских генералов была мысль идти в Калугу, не заходя в Москву; когда же было принято направление к Москве, то они думали, что неприятель все же отрядит корпус на Калугу. Поэтому естественно, что через два дня после Бородинского боя главнокомандующий прислал предписание объявить Калужскую губернию на военном положении. Приказано было: 1) закрыть присутственные места и оставить только губернское правление, камерную часть казенной палаты и рекрутское присутствие. 2) «при сближении неприятеля к губернскому и уездному городам отправить провиант, а остальной истребить, дела и казну вывезти, вино из бочек выпустить». По получении такого распоряжения драгоценную церковную утварь и дела присутственных мест немедленно же собрали и отправили в Орел, а гимназию и пансион в Рязань. 7 сентября была закрыта консистория и бездействовала до 13 ноября. Вместо всех присутственных мест был учрежден временный военный комитет, зависевший непосредственно от Кутузова. На границах Жиздринского, Мещовского, Мосальского, Медынского и Боровского уездов были учреждены кордоны из ополченцев. Вывоз казенных вещей привел в большое беспокойство калужан; они также стали укладываться и выезжать, и улицы и дворы опустели; ворота, двери, окна в домах были открыты и даже поломаны; оставленный скот ревел на улицах. Пешие бежали, кто куда мог; зажиточные выезжали в другие губернии. Купцы приготовили барки, чтобы отправить товары вниз по Оке. Только в церквах среди общей паники по-прежнему не прекращалось богослужение, и ежедневно совершалось соборное молебствие с крестным ходом. А пред иконою Калужской Божией Матери, принесенной в Калугу, молебны пелись и ночью. Не зная ничего точного о движении французов, калужане со страхом ждали нападения неприятеля в конце августа и первых числах сентября вместо Москвы на Калугу. Поэтому были расставлены нарочные — вестовые, которые должны были доносить известия о движении и приближении неприятеля.