22. страница

Это была богатейшая боярщина, которая в 142 г. (1634) заплатила 1 600 руб. пятинных денег. Некоторые торговые люди села были хорошо известны в Москве. В селе было свыше 200 дворов и свыше 300 жителей. Переселенцы поселились около Николо- и Спасо-Слободской церквей и близ Благовещения. А на старом месте еще и теперь заметны следы бывшего селения; на месте же старых храмов издавна стояли три деревянных креста, к которым слобожане почти до XX в. ходили на 7-ой неделе после Пасхи поминать предков. 1654 г. нанес благополучию Калуги жестокий удар. Ее захватило моровое поветрие. Эпидемия, по словам тогдашнего врача, заключалась в карбункулах, затвердениях, воспалениях в горле и язвах. Смерть была быстрая. Воеводой тогда в Калуге был Богд. Ив. Камынин, тот самый, который произвел своей солидностью большое впечатление на спутников патр. Макария Антиохийского. Камынин импонировал путешественникам своей ученостью и мудростью, а также отсутствием пристрастия к вину и веселью. Он поставил в тупик антиохийцев своим богословски хронологическим вопросом: «откуда в дате Рождества Христова 5508 л. эти лишние 8 лет, которые не согласуются со счетом воплощения»?… Не растерялся Камынин и при постигшем Калугу бедствии. Получив соответствующие распоряжения, он устроил крепкие заставы и не пропускал никого ни в Калугу, ни из Калуги. Принимались и другие профилактические меры. Эпидемия, начавшаяся в первых числах августа, после 3 1/2 месячного господства стала ослабевать и в начале декабря совсем прекратилась, унесши массу жертв. Калуге она обошлась очень дорого: одних посадских умерло 1665 человек, а уцелело только 777; а всего умерло около 2000 душ, осталось в живых около тысячи. В тот же 1654 г. 2 августа в Калугу прибыл проездом в Москву антиохийский патр. Макарий. В записках диакона Павла Алепского имеются некоторые заметки о Калуге. «Городская крепость, говорится там, стоит на вершине высокого холма, и в настоящее время работают над сооружением другой новой крепости, ниже первой, на скате холма, с каменными основаниями и прочными башнями, с целью обнести стеной несколько выступающих здесь прекрасных источников с вкусной водой. Начало их находится у самой стены старой крепости со стороны, обращенной к реке; при них устроены удивительные сооружения… В городе 30 благолепных прекрасных церквей; их колокольни легкие изящные, приподняты, как минареты; куполы и кресты красивы. Вблизи церквей два величественных монастыря: один для монахов, другой для монахинь». Накануне Преображения патриарх отстоял службу в новой церкви в честь Воскресения, «как бы висячей, с окружной галереей». А на другой день, в праздник, патриарх слушал там же утреню и литургию, после которой калужские торговые люди прислали патриарху яблок, груш и дынь. Прекрасные плоды очень понравились чужестранцам. Патриарху пришлось пробыть в Калуге до 11 августа. Его предписано было отправить из Калуги водою в Коломну по случаю чумы. Однако, с отправлением вышла задержка из-за ямщиков. «И как суды изготовили… и патриарх и власти из дворов вышли в суды, августа в 9 день, а ямщики того числа кормщиков и гребцов не дали. И августа 10 пришли ко мне (Камынину) калужские ямщики Микитка Назаров с товарищи, многие люди, и выслушав твою государеву грамоту, отказался, что им кормщиков и гребцов под патриарха и под властей не давать». Воевода велел «наймовать ямщиков и гребцов — охочих людей, чтоб патриарху в судех простою не было».